
Юрию Городецкому,
ведущему солисту
Большого театра Беларуси
Летят над Беларусью
Влюблённые Шагала.
Оркестр играет музыку
Еврейского квартала.
Играет – разливается,
Смычки летают быстро.
Кудрявые красавицы
Не думают о жизни.
А что об этом думать?
Как будет, так и будет.
Хоть будь ты трижды умным,
А жизнь сама рассудит.
Хоть будь ты трижды сильным,
А жизнь ещё сильнее.
Ни умных, ни красивых
Она не пожалеет.
В ней всё идёт размеренно,
С молитвами и Торой.
Ещё не видно берега
В большом житейском море.
Ещё цветут красавицы
На этом белом свете,
И всё как будто ладится –
Война ещё в проекте...
А что об этом думать?
Как будет, так и будет.
Хоть будь ты трижды умным –
Не всё подвластно людям.
Хоть будь ты трижды сильным –
Война ещё сильнее.
Ни умных, ни красивых
Она не пожалеет.
Летят над Беларусью
Влюблённые Шагала –
Счастливая и грустная,
Загадочная пара.
Летят уже столетие –
Над городом и полем,
Над ночью и рассветом,
Над радостью и горем.
А что об этом думать?
Как будет, так и будет.
Хоть будь ты трижды умным –
Не всё подвластно людям.
Хоть будь ты трижды сильным –
Судьба ещё сильнее.
Ни грустных, ни счастливых
Она не пожалеет.
Летят над Беларусью
Влюблённые Шагала...
* * *
Стихи начинаются с детства,
С короткой строки Маршака.
Для сердца чудесное средство –
Доверчивый томик в руках.
Он ляжет к тебе на ладони;
В нём столько любви и тепла,
И мудрости кладезь бездонный,
Чтоб жизнь твоя лучше была!
* * *
Посвящается поэту
Семёну Резнику
Проходя по набережной Леты,
Посмотри, как плещется вода.
Сколько было признанных поэтов,
Сколько их исчезло в никуда...
А река текла невозмутимо,
Равнодушно принимая всех.
Кто-то был успешным и любимым,
Кто-то жил, надеясь на успех.
Но когда их плечи обласкала
Леты молчаливая вода,
Души воспарили поначалу,
Прежде, чем исчезнуть в никуда...
* * *
Поэтессе Елизавете Полеес
Признаю поэта по первым стихам,
Прочитанным в книге, открытой случайно,
По самым простым человечным словам,
Скрывающим самую главную тайну.
Скрывающим или открывшим для всех
Мятежную, нежную, странную душу?
Душа открывается только для тех,
Кто может поэта внимательно слушать.
* * *
Посвящается композитору
Исааку Шварцу
Оркестр играет Шварца, и сердце замирает
От музыки любимой, прозрачной, как слеза.
Она летит со сцены в неведомые дали,
Она о чём-то важном стремится рассказать.
О том, что есть надежда, а значит, будет счастье.
Когда – никто не знает, кому – большой секрет.
Оркестр играет Шварца, и радость не напрасна,
И музыки прекрасней на целом свете нет.
Тамара ЗАЛЕССКАЯ
