Редактор журнала «Аполлон» С. К. Маковский писал о нём: «Среди современных русских скульпторов я не знаю более серьёзного, более даровитого мастера… Аронсон знает все тайны мастерства. Обращается так же виртуозно и с мрамором, и с бронзой, и с гипсом, и с деревом. Он работает с одинаковым успехом в самых различных стилях, оставаясь самостоятельным, никому не подражающим художником».

Наум Львович Аронсон родился 25 декабря 1872 года в Креславке (ныне Краслава – город в Латвии) в хасидской  семье, занимавшейся торговлей продуктами. Получил обычное первоначальное религиозное воспитание в хедере.

В возрасте 15-17 лет приехал в Вильне, где посещал школу рисования Ивана Трутнева. По его совету Аронсон занялся скульптурой. Достигнув достаточной техники по лепке и рисунку, Аронсон сделал бюст попечителя Виленского учебного округа Сергиевского, который хлопотал о принятии его в Академию художеств. Но Аронсон не имел общеобразовательного ценза, a положение вольнослушателя было для евреев невозможно в силу законов о праве жительства.

Аронсон был рискованным молодым человеком. Без средств и без знания французского языка уехал в Париж, где с 1891 года посещал бесплатную муниципальную «École des arts décoratifs», в которой, пробыв два года. Одновременно с школой посещал частное ателье «Calarossi». Для минимального заработка выполнял технические работы y скульптора-мраморщика Гектора Лемера.

В 1894 году Аронсон должен был вернуться в Россию, чтобы отбывать воинскую повинность. Но был освобождён от военной службы, а за неимением средств не мог вернуться в Париж. Только через два года, сопровождая больного брата в Бреславль и сделав там несколько портретов-бюстов, он приобрёл средства для поездки в столицу Франции.

Аронсон вскоре впал в крайнюю нужду и даже однажды упал в обморок от голода. По счастливой случайности он получил первый крупный заказ в 2000 франков. За первым материальным успехом последовали другие.

В 1897 году скульптор был допущен в салон «Champ de Mars» с горельефом «Au delà», изображающим головку девушки, которой смерть даёт последний поцелуй, a уже в следующем году был принят членом этого художественного общества.

На выставках появляются его скульптуры: «Геро и Леандр», «Гнездо» (фигурки детей, удобно расположившихся под углублением небольшой скалы), «Жажда» (фигура лежащего нагого человека, простирающего руки к воде)

В 1900 году Аронсон стал работать над бюстом Бетховена. Работа была завершена лишь спустя шесть лет. В том же году на международной выставке в Париже он получил золотую медаль. В 1901 году Аронсон выставил в Берлине целый ряд работ, среди которых находились и новые произведения: «Маленький мученик», напоминающий античную головку, и «Слепая» (женщина, идущая вдоль стены).

Ощущая себя русским скульптором, Н. Аронсон в дореволюционные годы неоднократно приезжал в Россию, участвовал в различных выставках, не раз выступал в печати, был среди основателей и участников первой выставки "Нового общества художников" в С. Петербурге (1904). Российская тема занимала значительное место в его творчестве: им были выполнены скульптурные портреты И. Тургенева, А. Фета, Л. Андреева, К. Ушинского, артисток М. Савиной и В. Комиссаржевской, балерины Иды Рубинштейн, писателя С. Юшкевича. Участвует Аронсон и в конкурсе на памятник Т. Шевченко, в связи с чем приезжает в Киев.

В 1901 году Аронсон посетил Льва Толстого в Ясной Поляне и вылепил его портрет. В 1902 году впервые выставил свои работы в Санкт-Петербурге. Среди 40 его произведений на весенней выставке были, кроме вышеупомянутых, новая мраморная группа «Горе» (изображающая мужчину и женщину, которые, обнявшись, рыдают), много этюдных головок и бюсты-портреты Толстого и Афанасия Фета. Голова старухи была приобретена музеем Академии художеств.

Аронсон сделал группы для фонтанов, из которых один поставлен в Годесберге, a другой в Берлине. Один из этих фонтанов изображает «Истину» – нагую женщину, прислонившуюся спиной к скале, из-под ног которой по руслу течёт живая вода; перед ней 3 мужские фигуры, двое смотрят на неё земными глазами, третий же – юноша – молитвенно припал к источнику, из которого пьёт.

В 1905 году в Бонне был поставлен памятник Бетховену работы Аронсона.

Не остался чужд Аронсон и общественным потрясениям на своей родине. Среди его произведений были и проект памятника жертвам 9 января 1905 г., и собирательный образ "Юный пролетарий" (1905), и композиции – "Великая Россия" (1905), "Разочарование" (1908), символизирующая страну, скованную реакцией, "Киддуш ха- Шем", посвященная жертвам Кишиневского погрома. Аронсон, как и Марк Антокольский, нередко обращался к темам из истории и жизни еврейского народа – "Моисей", "Саломея", скульптурная группа "Бар-Мицва", "Пророк", "Вечный жид" и др.

Многократно приезжавший в Россию до 1917 года, Аронсон в 20–30-е годы посетил родину всего три раза. Во время его пребывания в Москве в 1934 и 1935 годах о нём писали, сам скульптор выступал в газетах, делился с московскими друзьями своими планами – сделать статуи для строящихся тогда станций московского метрополитена, принять участие в выставке "Индустрия социализма".

Его произведения не оказались ни в московском метро, для которого они предназначались, ни на выставке, куда его приглашали.

Аронсон поддерживал постоянные связи с мэром Тель-Авива Дизенгофом. В 1931 году он подарил Тель-Авивскому музею две мраморные скульптуры: «Молящийся» и «Голова мальчика». Музей открылся 2 апреля 1932 года, и Наум Аронсон был избран почётным директором вместе с 11 видными деятелями: Хаимом Бяликом, Иосифом Клаузнером, Марком Шагалом, Леонидом Пастернаком, бароном Ротшильдом и другими. После смерти Дизенгофа музей возглавил Шварц.

Вскоре Шварц посетил Аронсона в Париже, и скульптор пообещал подарить музею бронзовую скульптуру «Пророк». В апреле 1938 года скульптура была получена. Вторая скульптура, «Моисей», сделанная из розового гранита, также была привезена в Эрец Исраэль и установлена в музейном фойе.

Во время второй мировой войны, когда фашисты захватили Францию, некоторые произведения Аронсона были уничтожены, а самому ему пришлось эмигрировать в США, где 30 ноября 1943 года, в Нью-Йорке, он и скончался.