Сегодня 23 апреля исполняется 140 лет со дня рождения Змитрока Бядули (Самуила Плавника) – писателя, занимающего особое место в белорусской литературе, человека с необычной судьбой.

Он родился в местечке Посадец (теперь это деревня Посадец в Логойском районе Минской области). Его отец Хаим Нохимович Плавник (уроженец Лепеля) был арендатором, зимой работал на лесозаготовках, иногда занимался мелкой торговлей. Мать, Хана Плавник (в девичестве Рабинович), была швеёй. В семье росло семеро детей: сыновья Самуил (1886–1941), Матвей (1903–1988), Израиль (1905–1941), дочери Мария (1892–?), Ирина (1901–1976), Евгения (1903–1981), Софья (1912–1998). Дед, единственный в местечке кузнец и медник, имел собственную библиотеку. У него на полке, кроме Талмуда и других религиозных книг, стояли тома «Металлическое дела», «Геометрии», «Математики» и др. Его дети – трое сыновей и четыре дочери, – получили начальное образование.

Всё как во многих местечковых семьях. Говорили на идиш. Ходили в синагогу, отмечали еврейские праздники.

После окончания хедера Самуил поступил в Долгиновскую ешиву. Я бывал в Долгиново. До нашего времени сохранилось здание, вернее сказать, стены и крыша одной из синагог. Оно находится во дворах по улице Советской. Недалеко от синагоги установлен мемориальный камень знаменитому земляку. Он учился в местной ешиве. Учёба многое дала юноше, но это было не его жизненное призвание. Впрочем, лучше об этом пишет сам писатель в рассказе «Ешибот».
«В ту осень меня отдали в долгиновский ешибот. Три года плавал я в мёртвом море талмудических наук. Талмуд давно омертвел. Нам, подросткам, было нудно читать тексты, написанные две тысячи лет тому назад на древнееврейском и арамейском языках. Ешибот размещался в большой синагоге, где три раза в день молились местечковые евреи. Тут же находились пятьдесят ешиботников в возрасте от 12 до 20 лет. Многие из ешиботников, в том числе и я, жили в синагоге. Мы спали на твёрдых лавках, как пассажиры в общих вагонах поезда.
…Армия дармоедов в 50 – 60 ешиботников была для небольшого местечка немалой обузой. Кормили ешиботников в основном только обедом. Каждому из нас приходилось выкручиваться, как кто мог, чтобы достать себе баранок с яблоком на ужин. Многие просто голодали».
Затем Самуил перешёл в Ильянскую ешиву, но не окончил ни одну из них из-за своего вольнодумства и конфликтов с администрацией (позже описанных в повести «В дремучих лесах») и вернулся домой. Работал домашним учителем, а с 1902 года – конторщиком на лесозаготовках. Самуил был способным к наукам, языкам. Владел идишем, древнееврейским, белорусским и русским языками. С детства много читал. Ещё мальчиком начал писать стихи на древнееврейском языке, но началом литературной деятельности считается 1907 год. Он пишет стихи на русском языке и посылает их в петербургские журналы, где их хвалят, но не публикуют.

Первое художественное произведение будущего писателя увидело свет в газете «Наша Ніва». Это был образок «Пяюць начлежнікі» («Поют ночлежники»).

Печатался под псевдонимами Саша Пл-ик, Ясакар. В конце 1912 года Змитрок Бядуля переехал в Вильно, где работал в издательском товариществе, был секретарем газеты «Наша Ніва», редактором которой в то время был Янка Купала. Янка Купала и Змитрок Бядуля бедствовали и часто голодали. Временами на обед или ужин их приглашала к себе Тётка. На её квартире происходили интересные литературные встречи, товарищеские вечера.

1915 году Самуил вернулся к родителям в Посадец. Затем жил в Минске, работал в Белорусском обществе помощи потерпевшим от войны. Участвовал в Первом Всебелорусском съезде (декабрь 1917 года), о котором написал отчёт в газету «Вольная Беларусь».

В 1918–1919 годах сочувствовал БНР, был автором ряда антибольшевистских статей.

После восстановления в Минске советской власти (1920) несколько лет работал в газете «Савецкая Беларусь», редактировал детский журнал «Зоркі». Работал в Институте белорусской культуры, был первым редактором краеведческо-этнографического журнала «Наш край». Входил в литературное объединение «Маладняк», затем в «Узвышша».

В начале 1930-х годов выступал с покаяниями и отречением от «буржуазных националистов», которых показал в карикатурном виде во втором томе романа «Язеп Крушинский». Член Союза писателей СССР с 1934 года. В августе 1936 года вместе с рядом других белорусских литераторов от имени Союза советских писателей БССР подписал письмо к Сталину с призывом уничтожить «мерзавцев из контрреволюционной троцкистско-зиновьевской банды».

Бядуля вёл активную литературную деятельность. В 1920-1930-е годы написал несколько поэм: «Беларусь», «Дед», «У ясных Крушнях», «Народную легенду «Гость». На этнографическом и фольклорном материале созданы поэмы «Ярило» и «Полесские были». Вопросам этнографии и фольклора посвятил писатель и ряд статей, а в 1924 году издал отдельную книгу «Вера, панщина и воля в белорусских народных песнях и сказках».

Значительным явлением в белорусской литературе стала повесть Змитрака Бядули «Соловей», ставшая основой для первого белорусского балета и спектакля.

Писатель одним из первых в Беларуси в 1939 году был награжден за литературное творчество орденом Трудового Красного Знамени.

В конце 1930-х годов Змитрок Бядуля написал две автобиографические повести: «Фронт приближается» и «В дремучих лесах». Последним его произведением стала повесть-сказка «Серебряная табакерка», написанная в 1940 году, опубликованная полностью только в 1953 году.

После вторжения Германии в СССР в 1941 году писатель эвакуировался из Минска. Жил сначала в Пижме Горьковской области, затем в посёлке Новые Бурасы Саратовской области. Во время последующей эвакуации на восток скоропостижно скончался от инфаркта миокарда в поезде в районе Уральска, где и был похоронен.

Хоронил писателя витебский коласовский театр, который в то время гастролировал в Уральске. Имя Змитрока Бядули присвоено школе на его родине – в деревне Посадец. Его именем названы улицы во многих городах Беларуси, а на доме в Минске, где он жил, и на здании Посадской школы установлены мемориальные доски.

В феврале 2020 года останки Змитрока Бядули были эксгумированы и доставлены в Беларусь. 3 ноября того же года, в 79-ю годовщину со дня смерти, останки были перезахоронены на Восточном кладбище Минска. В 2025 году установлен каменный памятник с надписью по-белорусски.