ОТКРЫТЫЙ ПРОЦЕСС ПРИ ЗАКРЫТОМ СУДЕ

«В конце 1957 – начале 1958 г. при ЦК КПСС был создан Координационный центр по борьбе с диссидентством, – утверждают Лилия Беленькая и Борис Зингер из Тель-авивского Института истории сионизма. – И кампании борьбы с оппозицией по его распоряжению был придан антисионистский характер. В качестве главного доказательства решено было представить открытый процесс над сионистской группой Доры Кустанович-Подольской. Естественно, ни ей, ни её соратникам об этом известно не было (…).

СТАРАЯ ПЕСНЯ – НОВЫЕ ФАКТЫ

В старой заметке я рассказывал, как обнаружил в архиве письмо. Автор его – Моисей Гиммельфарб.

Адресат: г-н Намир (Немировский), будущий советник израильского правительства в 50-х годах. В своём послании Моисей Гиммельфарб желает некой молодой паре (по всей видимости, самому Намиру и его избраннице Оре – будущему послу Израиля в странах Азии) богатства и счастливой жизни. К поздравлению был приложен ещё один листок, по всей видимости, скромный подарок – слова песни.

21 августа 1945 года представители высшего общества Харбина, занятого Советской Армией, получили приглашение «представиться» новой власти. Среди первых — руководители национальных общин, религиозных организаций, общественных движений и городских учреждений…

«Представление» (на языке военных) или «протокольную встречу» (на языке дипломатов) намечалось провести в «Ямато-отеле», где располагалась штаб-квартира военного коменданта Харбина, дважды Героя Советского Союза, генерал-майора Белобородова. По логике вещей следовало, что на званом вечере гостей представят командованию Первой дальневосточной армии и, как передавалось из уст в уста, самому маршалу Мерецкову. А потому в «Ямато» следовало прибыть к такому-то часу — и без опозданий!

В тот день в отеле собралось около 300 человек, в том числе председатель еврейской общины доктор Кауфман, секретарь Зимин, казначей Орловский и раввин Киселев.

Странное дело: число туристов, приезжающих в Израиль, заметно сократилось, однако число пациентов психиатрической больницы «Кфар-Шауль», обслуживающей туристов (и не только!), оказавшихся в состоянии срыва, не уменьшается.

Врач-психиатр Иосиф Зислин работавший в той больнице, даёт этому явлению следующее объяснение: «Для того чтобы приехать сюда в такое сложное время, надо быть человеком, который действительно хочет это сделать и не обращает внимания на риск. Среди таких туристов число наших больных велико».

В начале беседы Иосиф Зислин поведал мне о человеке из Англии, с которым каждый раз при посещении столицы Израиля случается срыв. В такие минуты он заявляет: «Я – мессия!». Но, что самое главное, в отличие от других больных такого склада, от подобной миссии категорически отказывается. В чём дело? Почему «мессия» (если уж так себя назвал!) отказывается от своей спасительной роли?

Об этом и других тонкостях «иерусалимского синдрома» мы ведём разговор с врачом Иосифом Зислином.