Марка Почты России, выпущенная к столетию академика Якова Борисовича Зельдовича.В марте 2019 года исполняется 105 лет со дня рождения академика Я.Б. Зельдовича.

В столице Беларуси Минске на улице Сурганова стоит бюст Якова Борисовича Зельдовича. Так отмечали в Советском Союзе заслуги дважды Героев Советского Союза, Социалистического труда. На родине устанавливали бюсты. Якову Зельдовичу он был установлен ещё до получения им третьей медали Героя Социалистического труда.
Выдающийся учёный академик Зельдович – трижды Герой Социалистического Труда, а также Лауреат Ленинской премии и четырёх Сталинских премий. Его научное наследие насчитывает около 500 научных работ и более 30 монографий и учебников.

Будущий учёный родился в Минске 8 марта 1914 года в семье помощника присяжного поверенного и присяжного стряпчего Бера Нохимовича (Бориса Наумовича) Зельдовича и переводчицы с французского языка Анны Петровны Кивелиович. Вскоре семья переехала в Петроград.

По воспоминаниям профессора Льва Ароновича Сены, на экскурсию, которую тот проводил в ленинградском институте химической физики, пришёл семнадцатилетний юноша, который стал вопросы задавать уровня студента физического факультета университета. Вскоре Яша Зельдович − так звали юношу, был принят на работу в лабораторию института. Кто-то пустил слух, будто Зельдовича выменяли на форвакуумный насос. Самому Зельдовичу эта легенда очень нравилась. Много лет спустя, вспоминая юность, он сказал: «Значит, я даже тогда что-то стоил».

Лаборант Зельдович два года учился на заочном отделении физико-математического факультета Ленинградского университета, позже посещал лекции физико-механического факультета политехнического института, но никакого диплома так и не получил. При этом он проявил такие способности к научной работе, что по рекомендации учёных и по разрешению ВКВШ (ВАК) в 1934 г. был принят в аспирантуру Института химической физики. В 1936 году Зельдович защитил кандидатскую диссертацию, а в 1939 году — докторскую диссертацию.

Работая в лаборатории взрывчатых веществ под руководством будущего академика Юлия Борисовича Харитона, Зельдович внёс существенный вклад в создание самого грозного оружия второй мировой войны − реактивной артиллерии «Катюша».

В 1943 году в СССР начались работы по созданию ядерного оружия. Общее научное руководство было возложено на Игоря Васильевича Курчатова. Ю.Б. Харитон возглавил исследования по созданию конструкции ядерного заряда, а Я.Б.Зельдовичу было поручено теоретическое сопровождение проекта.

По совету наркома по боеприпасам Бориса Львовича Ванникова лабораторию по созданию атомной бомбы разместили в маленьком монастырском посёлке Саров, в дальнейшем получившем название Арзамас-16.

Биография Ванникова − трижды Героя Социалистического Труда − заслуживает отдельного повествования. В 1939 году нарком боеприпасов Ванников по доносу был арестован и заключён в тюрьму. Через месяц после начала Великой Отечественной войны обнаружились сильные перебои с поставкой боеприпасов. Сталин поинтересовался судьбой Ванникова. Того привели в надлежащий вид и доставили в Кремль. Сталин предложил Ванникову вновь занять пост наркома и просил: «Обиды за случившееся не держать».

Советские учёные и инженеры располагали подробнейшим описанием американской атомной бомбы, включая чертежи отдельных узлов и технологию их изготовления, которые были добыты нашей разведкой. Испытание первой атомной бомбы РДС-1, которая была точной копией американского образца, с некоторыми улучшениями, было успешно осуществлено 29 августа 1949 года на полигоне в Семипалатинской области Казахстана.

За участие в создании атомного оружия Яков Борисович Зельдович был удостоен звания Героя Социалистического Труда и лауреата Сталинской премии первой степени.

Далее последовало создание первой водородной бомбы, испытание которой было успешно проведено 12 августа 1953 года. За эту разработку Зельдович был награждён второй медалью Героя Социалистического Труда и вновь получил Сталинскую премию первой степени.                              

22 ноября на Новой Земле было проведено испытание двухступенчатой водородной бомбы, и Зельдович в третий раз был награждён медалью Героя Социалистического труда и Сталинской премией первой степени.                               

Яков Борисович Зельдович работал над советской ядерной программой до 1965 года, после чего перешёл в Государственный астрономический институт имени П.К. Штернберга (ГАИШ), где занялся астрофизикой и космологией. От учёного потребовалось изрядное мужество, чтобы начать новое дело в 49 лет, опровергая устоявшуюся истину − «физику делают молодые люди».

В астрономии академиком Зельдовичем были получены поразительные результаты. В сотрудничестве с Р.А. Сюняевым он создал теорию рассеяния реликтового излучения на электронах и предсказал физическое явление, известное под названием эффекта Сюняева – Зельдовича. Уже после смерти учёного ряд предсказанных Зельдовичем эффектов получил экспериментальное подтверждение. Так, например, в конце XX – начале XXI веков были открыты гигантские пустые области во Вселенной, окружённые сгущениями с горячим межгалактическим газом.

Академик Зельдович был нетерпим ко всякого рода лженаукам − астрологам, экстрасенсам, парапсихологам, уфологам − исследователям неопознанных летающих объектов

Некоторые учёные упрекали Якова Борисовича в недостаточном владении математическим аппаратом современной теоретической физики. На самом деле Зельдович обладал характерным научным стилем, состоящем в умении «расщеплять» любую трудную задачу на ряд подзадач, допускающих использование прозрачных физических методов.

Несмотря на заслуги, звания и награды Яков Борисович Зельдович подвергался злобным антисемитским нападкам. Иллюстрацией подобного «творчества» является приведённая ниже докладная записка инструктора отдела науки, вузов и школ ЦК КПСС, кстати, будущего члена-корреспондента и академика АН СССР.

                                                                         «В Секретариат ЦК КПСС

...В отделении физико-математических наук АН СССР сложилась неправильная обстановка, когда ряд беспартийных учёных, в первую очередь академики Арцимович Л.А., Алиханов А.И., Ландау Л.Д., Леонтович М.А. и Тамм И.Е. игнорируют мнения партийных организаций и пытаются противопоставить партийному влиянию свой высокий научный авторитет, в особенности при решении кадровых вопросов.
Особенно активна группа, возглавляемая академиком Ландау, который является откровенным националистом (т. Ландау Л.Д. по национальности еврей), и, по данным КГБ, проявляет антисоветские настроения.
В самое последнее время академик И.В. Курчатов, вопреки мнению партийных органов, добился открытия дополнительной вакансии для избрания в академики  члена-корреспондента АН СССР Я.Б. Зельдовича.
Несмотря на моё огромное уважение к И.В. Курчатову, я считаю его предложение неправильным.
Я.Б. Зельдович, беспартийный, еврей, имеет выдающиеся достижения в оборонной технике, за которые уже награждён трижды званием Героя Социалистического Труда.
По своей общественной деятельности он близок к группировке академика Ландау, известен своим национализмом и необъективным отношением ко многим советским учёным. 30 мая 1958 года».

(Цитируется по сборнику «Яков Борисович Зельдович. Воспоминания, письма, документы», стр. 73, Москва, Физматлит. 2008. По-видимому, из этических соображений, не желая вызывать отрицательных эмоций у ныне здравствующих потомков инструктора отдела науки, вузов и школ ЦК КПСС, публикаторы не упоминают фамилию автора докладной записки).

К чести академиков, на общем собрании АН СССР, проходившем 18-20 июня 1958 года, сорокачетырёхлетний Яков Борисович Зельдович был избран действительным членом Академии Наук.

Я.Б. Зельдовичем были написаны превосходные книги, по которым воспитывалось не одно поколение физиков. Он был широко образованным человеком, в научных статьях которого неоднократно цитировались поэтические строки. Зельдович горячо и страстно отстаивал выдвижение писателя Чингиза Айтматова в действительные члены АН СССР.

Отношения Якова Борисовича с коллегами не всегда были безоблачными. В 1970-х−1980-х годах, когда его друг и товарищ по совместной деятельности при создании ядерного оружия Андрей Дмитриевич Сахаров в ущерб науке занялся общественной деятельностью, Зельдович этого явно не одобрил, что принесло им обоим душевную боль и привело к взаимному охлаждению их отношений. 

Яков Борисович был чрезвычайно остроумным человеком. По свидетельству очевидцев, в публичных научных спорах Я.Б. Зельдович, иллюстрируя суть ответов оппонентов, позволял себе аналогии с одесскими разговорами:

− «Софочка, когда ты вернешь мне сковороду?
− Во-первых, я её у тебя не брала, а, во-вторых, я тебе её уже отдала!».

– «Леонид Иванович! Вы утверждаете, что, во-первых, наши результаты не верны, а, во-вторых, вы сами все это давно уже сделали!»

Внезапная смерть Якова Борисовича Зельдовича 2 декабря 1987 года от инфаркта миокарда потрясла всех знавших его. Мир потерял величайшего учёного и замечательного человека.

На похоронах Якова Борисовича Зельдовича его коллега и старший товарищ Юлий Борисович Харитон сказал:

«Для меня годы, проведённые в тесном контакте с Яковом Борисовичем, дружба, которая соединила нас на долгие годы, останутся годами огромного счастья. Решая какую-нибудь сложную проблему, мучаясь над ней, я всегда знал, что есть Зельдович.
Стоило прийти к нему, и он всегда находил решение любого самого сложного вопроса, причём делалось это и красиво и изящно.
Ярко помню один случай. Приехавший к нам Курчатов проводил совещание по одному острому научно-техническому вопросу. В обсуждении энергично принимал участие Яков Борисович. После длительной дискуссии пришли, наконец, к соглашению, и народ разошёлся. Остались мы с Курчатовым. Некоторое время он сидел молча, а затем вздохнул, ударил кулаком о ладонь и сказал: «Да, всё-таки Яшка гений».
Это был совершенно фантастический интеллект. Я преклоняюсь перед ним – как учёным и человеком».

Лев ГУРЕВИЧ

Марка Почты России, выпущенная к столетию академика Якова Борисовича Зельдовича.