Радислав Аскотский.Радислав Аскотский родился в 1963 году в Витебске. До 1975 году жил в Городке Витебской области.
По образованию инженер-строитель.
С 1996 года живёт на севере Израиля.
В журнале «Мишпоха» не раз публиковались его рассказы.
Предлагаем Вашему вниманию новую «житейскую историю» от Радислава Аскотского. 

Сумочка от Louis Vuitton

Тихим сентябрьским вечером Галя шла на встречу с Лёвочкой по туристскому променаду в центре Карловых Вар. Город встретил её, как всегда, с распростёртыми объятиями. Гостиницы, санатории, колоннады, минеральные источники, толпы туристов со всего мира ─ все и вся улыбались ей в своей празднично-курортной многовековой красе. Не так уж и давно, каких-то сто лет назад, город принадлежал Австро-Венгрии.
Сколько с тех пор воды утекло, ─ думала про себя Галя. ─ А город жив, прекрасен и всё ещё молод. И это несмотря на то, что за более чем 700 лет своей истории пережил множество войн и кровавых событий. Воды из его источников опробовали многие из мировых знаменитостей, ведь этот курорт по праву был местом встреч представителей высшего света.

Она очень любила ощущения первого дня отдыха. Все ещё впереди, целых три недели праздника, встреч с новыми людьми и старыми знакомыми, безмятежного времяпровождения, с раннего утра до позднего вечера. Запах осенней свежести и прохлады с того момента, как она ступила на трап самолёта в пражском аэропорту, всё ещё кружил ей голову.

***

Я обо всём договорилась. Он будет ждать тебя в самом конце Млынской колоннады в день твоего приезда в семь вечера, смотри, мне не опоздай, ─ инструктировала в Нью-Йорке Галю Адочка.

─ Как я его узнаю?

Адочка, сразу изменилась в лице, с приветливо-улыбчивого на презрительно-брезгливое и окинула этим уничижительным взглядом Галю с головы до ног.

─ Ты не знаешь нашего Лёвочку? Ты что? Ты прожила жизнь зря! Он такой импозантный мужчина, что ты просто не сможешь пройти мимо, я тебя уверяю.

─ И что в нём такого, что я не смогу пройти мимо?

─ Когда ты увидишь, так сразу поймёшь. Как я могу тебе объяснить, как выглядит муж моей лучшей подруги Милочки? Смотри мне, не влюбись в него, он женат. Ты уже сводишь меня с ума. Я уже жалею, что доверила тебе столь важное дело. Что ты мне сразу не сказала, что ты такая?

─ Какая? ─ Галя просто опешила…

 Адочка ещё раз презрительно-оценивающе посмотрела на Галю, на этот раз уже с ног до головы и, отвернувшись в сторону, сквозь сжатые зубы прошипела:

─ Ладно, скажу Лёвочке, пусть на всякий случай напишет плакатик… Чтобы ты не заблудилась, уж с плакатиком-то ты его никак не пропустишь… Но смотри, не подведи меня…

Галя хотела спросить, что за плакатик и, что на нём будет написано, но, увидев взгляд своей соседки, направленный мимо неё на валяющееся на полу банное полотенце, свалившееся не вовремя со стоявшего рядом стула, кинулась его поднимать. Как всегда, Адочка припёрлась без предупреждения, а она только что вышла из ванной.

─ Мне некогда тут с тобой рассиживаться, ─ услышала удаляющийся голос Ады Галя. ─ Я уже опаздываю из-за тебя.

 Дверь открылась и с силой захлопнулась…

***

Черт с ней, ─ подумала Галя про себя, ─ всё равно с плакатом в таком месте может стоять только этот идиот от Адочки. А ведь как созвучно: Адочка из ада, Лёвочка от Адочки… Она попросила меня передать её подруге Милочке подарок, сумочку, которую я должна переть теперь из Нью-Йорка в Карловы Вары, так я ещё и виновата… Из-за меня она опаздывает… Да уж, точно Адочка из ада. И почему я никогда не могу поставить её на место?

Адочка жила с Галей в одном подъезде, в многоквартирном доме на Брайтон Бич. Квартиры в этом доме не из дешёвых. И Адочка всячески старалась подчеркнуть, что она тоже не из дешёвых дам и живёт тут не случайно. Она привлекала к себе внимание, как может привлекать внимание рождественская ёлка, которую случайный прохожий внезапно увидел жарким летним днём на центральной городской площади. Полная обрюзгшая фигура Адочки переливалась всеми цветами радуги натянутых на неё аляповатых одежд, совершенно не подходящих друг другу по стилю. Но она так не считала вовсе, наоборот, чувствовала себя звездой Голливуда первой величины. Но если она и тянула на "звезду", то совсем из другой сферы бытия. Пергидрольная блондинка с пышной халой ─ волосы, начёсанные вверх в форме гнезда на макушке ─ модная повседневная причёска из далёкого советского прошлого. Лицо, довольно-таки гладкое и ухоженное, несмотря на далеко постпенсионный возраст, покрыто боевым раскрасом коренных жителей Америки. Глаза с ярко-синими тенями и жирными чёрными стрелками глядели на собеседника нагло и безапелляционно. Она не давала собеседнику шанса оправдаться, высказать своё мнение. Оно её просто не интересовало. У неё на все было своё собственное, единственно верное.

Многие, из советское прошлого, где ничего не было, а если что и было, то это надо было обязательно доставать, толкаться в очередях, заводить для этого блат, знакомства, оказавшись вдруг совсем в другом мире, где на каждом шагу магазины ломятся от изобилия различных виданных ранее и невиданных товаров, "сходили с ума". И что они делали? Чуть разбогатев, исполняли свои советские мечты, воплощали их в реальность. Набивали холодильник дешёвой варёной колбасой, сосисками, в которых, впрочем, порой мяса и не было вовсе, (но это их совсем не интересовало), одевали на себя всё, о чём они мечтали и о чём только могли мечтать. Многие так и оставались навсегда в этом своём "совковом" прошлом. В этом прошлом жила Адочка.

– Я такая шикарная, на мне всё блестит, на меня все смотрят, ─ говорила она Гале, которая одевалась всегда очень стильно, модно и утончённо. ─ А ты посмотри на себя, кому ты интересна, кто на тебя обратит внимание?

Галя сама была не из тех, кому можно "положить палец в рот", но почему-то Ада действовала на неё обезоруживающе… Галя терялась от её абсолютной наглости, сдерживала себя и удивлялась своей реакции на этот откровенный "террор" по отношению к себе.

– Я сейчас иду к тебе смотреть телевизор, ─ звонила поздно вечером Адочка, ─ будем слушать моего любимого Соловьёва (иногда это мог быть её любимый сериал).

Галя в это время обычно ложилась спать. Она терпеть не могла этого ведущего одного из российских каналов, и никогда не была поклонницей сериалов. Они с Адочкой расходились во взглядах на жизнь, на прошлое и настоящее. Но Адочку мнение соседки, её планы и интересы нисколько не волновали.

– Я вроде как уже спать собираюсь.

– Ты что, это же Соловьёв! Ты что, плохо слышишь? Открывай двери, включай телевизор, я уже полчаса под твоей дверью топчусь!

Галя послушно, словно околдованная, выполняла указание соседки. А Адочка смотрела "К барьеру" или какую-нибудь ещё пропагандистскую передачу, или сериал, пила чай или кофе, закусывая тем, что найдёт в холодильнике соседки, ни в чём себе не отказывая, чавкая, громко комментировала происходящее в телевизоре.

В обязанности Гали, понятное дело, входило поддерживать "великосветскую" беседу. Она поддакивала и кивала головой на едкие замечания дамы, знающей, "почём в жизни фунт лиха". Такие экзекуции Адочка проводила у Гали обычно не реже, чем раз в неделю. Благо, в доме были ещё и другие соседки. Адочка окружила себя соответствующим её выдающейся персоне кругом близких подруг, в которые Галя, к её большому счастью, не входила. Но на правах соседки Адочка не оставляла Галю в покое и осуществляла над "бестолковой" шефство. Она, как человек, умеющий по жизни понукать душами людей, всегда искала в них слабые места, быстро прочитала одиночество Гали и умело пользовалась этим.

Галя и на самом деле чувствовала себя одинокой в этом огромном мегаполисе под названием Нью-Йорк. У неё были подруги, очень близкие и верные, были друзья, тоже близкие и не очень. Было и огромное множество событий, оставшихся позади. Её когда-то очень бурная и активная жизнь, бившая в разные стороны, иногда и прямо по лицу горячими источниками, превратилась вдруг в тихий, спокойный ручеёк, по которому не спеша и размерено плыла Галя. Зимой на месяц в Майями, спасаясь от нью-йоркских пронизывающих холодов и ветров, и в конце лета ─ в начале осени в так полюбившиеся ей Карловы Вары. Вот и весь оставшийся для неё праздник жизни.

Тридцать лет назад она первой из своих подруг приехала в Америку из тогда ещё советской Белоруссии. Её муж, зубной техник, очень успешный в той жизни, впал в тяжелейшую депрессию, как часто и бывает с теми, кто не понимает, что их там за бугром, за этим таким далёким и желанным океаном, никто не ждёт и никому, кроме себя любимых и своих близких, они на фиг не нужны. Галя никогда не думала и не гадала, что сможет взвалить на свои хрупкие плечи такой тяжёлый груз, как её резко набирающий в весе на дешёвом фастфуде муж и взрослеющие прямо на глазах сыновья. Раньше главным в семье был муж. Он был и добытчиком, и охотником. А тут лёг с ногами в новых, ещё не ношенных там, ботинках фабрики "Красный Октябрь" на старый, купленный с рук, диван. И вовсе не собирался с него вставать. И так с утра до вечера, разве только для того, чтобы поесть дешёвый, сделанный, как говорят, из чистой химии фастфуд и очистить от него свой желудок…

Галя пыталась стащить полнеющую тушу мужа с дивана, но у неё ничего не получалось. Искать работу он не хотел, языка не знал, на тяжёлую физическую работу идти отказывался. Когда деньги на фастфуд закончились, работу нашла Галя. Одна из соседок предложила ей место санитарки в медучреждении.

– Я не знаю языка, как я там буду работать? ─ предупредила Галя.

– Ничего, не бойся, я тебя научу тому, что тебе надо знать…

И Галя научилась и работала. И ничего, что поначалу почти ничего не понимала и пыталась просто угадать, что от неё хотят пациенты. И ничего, что один раз не угадала, когда полная негритянка несколько часов просила принести ей "утку" для оправления естественных надобностей, "обделалась по полной" в то время, как Галя приносила ей то стакан сока, то кофе с сэндвичем… Зато после таких событий многие слова запоминались сразу и навсегда…
Освоившись Галя завела знакомства и нашла себе новую работу в одной из зубопротезных клиник, которую содержали религиозные ортодоксальные евреи, уже в качестве ассистента стоматолога. Там она тоже быстро обзавелась знакомствами, связями, а главное, поняла, как тут всё работает. Увидела, что многие специалисты, работают там, а по совместительству ещё имеют и свой частный бизнес, для которого они без зазрения совести воруют все подручные материалы и инструменты, так как никакого учёта в этой компании и в помине не было. Галя, быстро смекнув, не моргнув глазом стала готовить почву для своего всё ещё не снявшего с ног туфли фабрики "Красный Октябрь" и так и не вставшего с совсем провалившегося дивана, мужа. Она взяла в аренду (очень дёшево) недалеко от их съёмной квартиры у одного из своих новых знакомых небольшое помещение, у другого купила зубопротезное кресло, у третьего что-то ещё и так потихоньку оборудовала для мужа кабинет. Потом наняла грузчиков, которые фактически перенесли в эту каморку диван вместе с лежащим на нём мужем. А после заявила ему:

– Теперь ты будешь жить тут, пока не начнёшь зарабатывать деньги.

Она сама поставляла ему клиентуру из тех, кто находился в стране на незаконных основаниях и не мог пользоваться официальной медициной и, тем более, официальной страховкой. Муж потихоньку, как бы нехотя, с помощью Гали стал зарабатывать. Вскоре втянулся, почувствовав в себе былую уверенность, стал не только протезировать, но и лечить, расширил свою квалификацию, стал настоящим мастером на все руки. Его пациенты стали рекламировать его в среде эмигрантов, и вскоре отбоя от клиентов у него не было и к нему на приём надо было уже записываться заранее.

Муж, как говорится, воскрес, заново родился, стал следить за собой, одеваться в бутиках, читать модные мужские журналы. Теперь у него были обувь и одежда от Армани и других модных брендов. На заработанные деньги они смогли купить свою первую квартиру. Жизнь налаживалась… Но когда всё хорошо, некоторым бывает скучно от того, что у них всё хорошо. Нет экшена. А хочется какой-то то новизны, движения. Таким был муж Гали. Он стал пропадать вечерами, объясняя это тем, что встречается с потенциальными поставщиками. Галя вскоре узнала, что у мужа завелась любовница, которая и исполняла роль поставщицы услуг. Наш любитель экшена был изгнан Галей из её жизни.

Галя не долго оставалась в одиночестве. Она уже прошла обкатку и закалку жизнью в самых что ни на есть боевых условиях. Со вторым мужем ей очень повезло. Это был порядочный человек, прекрасно относящийся к ней и её детям. По жизни он был простым советским инженером, но в Америке сумел замутить с друзьями неплохой бизнес, приносящий стабильный доход. Всё вроде было прекрасно. Галя с мужем уже успела объездить и посмотреть мир, дети стали на самостоятельные рельсы, прекрасная квартира, в респектабельном доме, благополучие и достаток. Увы, счастье не бывает вечным. Болезнь забрала второго мужа Гали.

Галя осталась одна в новой квартире, в роскошном жилом комплексе. Близкие подруги, ещё из далёкого советского прошлого, почти из самого детства, замужем… Две из них живут в Майями, одна ─ в Нью-Йорке. Встречаются теперь не так часто, как хотелось бы. В Нью-Йорке чаще, в Майями реже. Но одно место на карте мира стало для них связующим звеном – это Карловы Вары. Там они уже могут вдоволь наговориться, нагуляться, посплетничать, обсудить все свои и все мировые проблемы. Вот туда Галя и собиралась ехать в этот раз, получив от Адочки сумочку для Милы, которую и нужно было вручить её мужу Лёве.
                                                                                                                  ***

Галя прошла уже почти всю Млынскую колоннаду, но никакого импозантного мужчину, мимо которого она бы не могла пройти, все ещё не встретила. Её глазной рентген ничего, заслуживающего внимания, не нащупывал. Вдруг она краем глаза заприметила какое-то шевеление недалеко от неё. Это качался плакат, который она издалека приняла за рекламный щит какого-нибудь курортного мероприятия, которые проводятся здесь периодически. Она увидела, что в самом низу, из-под этого щита торчат ноги, обутые в какие-то не очень фирменные кроссовки. Хорошо хоть не туфли фабрики "Красный Октябрь". Галя решила подойти поближе к этой ходячей рекламе. На большом листе ватмана, приклеенного к большому листу фанеры, было написано маркером:

Здравствуйте.
Я Лева, из Лос-Анджелеса!
Жду Маню, в 17 часов, которая должна передать мне посылку от Адочки из Нью-Йорка.

Галя прочитала и открыла рот, не зная, как на всё реагировать. Она уже догадалась, что Маня ─ это она. Плакат опять зашевелился, и из-за него высунулась голова, на круглом лице которой сияла лукавая улыбка. Голова эта была далеко не первой молодости, да даже и не второй. Прямо на Галю смотрели умные, с искринками, уверенные в себе глаза.

Гражданочка, будьте так любезны, если вы не Маня, то не загораживайте мне плакат. Вы же видите, у меня тут назначена важная встреча.

– Я не Маня, я Галя, но я от Адочки из Нью-Йорка.

На этот раз плакат решительно был приставлен к одной из многочисленных колонн Млынской колоннады. Из-за плаката выдвинулся мужчина невысокого роста, чуть полноватый, явно не Ален Делон. Но что-то в его облике сразу располагало к себе.

– Шо вы говорите? А паспорт у вас есть?

– У меня их целых два, какой вам нужен? ─ Галя уже догадалась, что мужчина любит пошутить.

– Мне, пожалуйста, тот, в котором вы ─ Маня, а тот, в котором вы ─ Галя, оставьте, пожалуйста, себе.

– Тот, в котором я Маня, я обменяла на два других, в которых я Галя. И с чего вы взяли, что я буду Маней?

– Может, я уже и совсем старый и не очень хорошо слышу, но Ада передала Миле, что вы будете Маней, а приехала какая-то Галя, ─ мужчина широко улыбнулся, обозначив ровные керамические зубы. ─ О'кей, так и быть, я пойду вам навстречу, приму от вас посылку от Ады, но только при условии, что вы согласитесь провести вечер в ресторане со мной и моей Милочкой.

Тут они оба рассмеялись.

***

– Адочка, я так тебе благодарна за такой чудесный подарок. Я в восторге! Лева сказал мне, что эта сумочка очень подходит к моим глазам. Не стоило так беспокоиться, Адочка. Вчера очень мило посидели с твоей соседкой в ресторанчике возле нашей гостиницы. Она очень обаятельная… Кстати, мне послышалось ты сказала, что её зовут Маня, а на самом деле она оказалась Галей. Неудобно получилось, Лёва на плакате написал Маня.

– Милочка, ничего страшного, подумаешь, Маня, она и в Америке Маня. Я так её про себя называю, оговорилась по привычке. Вы с ней сильно там не общайтесь, она девушка не из нашего круга. Она тут живёт на пособие, получает бесплатные обеды…

– Странно, а нам с Лёвой она показалась такой милой и очаровательной, умной и образованной.

– Мила, оставь. Поверь, я знаю, что говорю.

Разговор по телефону продолжался ещё минут двадцать. Милочка и Адочка любили поболтать ни о чём. Говорить о чём-то серьёзном у них не получалось, так как их взгляды на очень многие проблемы современного человечества совсем не совпадали.

Знакомство их началось в кругосветном путешествии. Тогда ещё был жив и здоров муж Адочки. Собственно, он и стал связующим звеном их многолетней дружбы. В отличие от жены, он был настоящим интеллигентом, очень выдержанным и глубоко образованным человеком. Супруги были совсем разные: и внешне, и внутренне. Но, видимо, где-то и когда-то эти противоположности притянулись, а потом уже Адочка взяла его на "вечный абордаж". Она при нём была как одинокая мама, не желающая отпустить от себя своего сына "ботаника" в самостоятельную жизнь. А он привык к её опеке, и в какой-то момент осознал, что менять что-то уже поздно и нет сил…

Когда муж Адочки умер, Лёва с Милой не смогли отказать одинокой вдове в продолжении дружбы…

***

– Странно, Лева, ты слышал, что сказала Адочка про Галю?

– Оставь, Мила, я тебя умоляю, был бы жив её муж, я бы его послушал. А что бормочет Адочка, раздели на сто, а потом ещё на двести…

Взгляд Милы лёг на сумочку от Ады, и она на минуту задумалась:

– Слушай, Лёва, зачем мне эта сумка, у меня своих девать некуда. И потом, у нас и так перегруз, мы накупили столько подарков внукам, правнукам. Предложу-ка я её своей племяннице Сабине из Торонто, она завтра заедет к нам из Праги, и у меня не будет головной боли, что ей подарить…

– Милочка, делай, как знаешь, ─ равнодушно произнёс Лёва.

Назавтра сумочка от Адочки, которая так подходила к глазам Милочки, была подарена её 50-летней племяннице. По словам Милы, эта сумка очень подошла к её карим глазам. Ещё через день сумочка от Адочки счастливо улетела в Торонто.

***

Адочка гуляла в прекрасном настроении по 5-ой авеню. Она любила гулять по главному торговому проспекту Манхеттена с 34-ой по 60-ю улицы, где находятся множество дорогих эксклюзивных бутиков, предлагающих предметы роскоши: Cartier, Gucci, Prada, Emilio Pucci, Armani Exchange, Cristian Dior, Hugo Boss, Peter Fox…

Всё у неё было прекрасно. На оставшиеся после смерти мужа деньги она могла вести довольно безбедную жизнь.

Девушка из молдавского села сумела выйти замуж по расчёту. И в расчётах она не ошиблась. А когда она узнала, что еврейские корни мужа позволяют переместиться на "загнивающий запад", то она начала настойчиво подбивать мужа к этому шагу, несмотря на то, что у него уже почти готова была к защите докторская диссертация. Что-что, а нюх её не подводил.

Деньги Адочка на ветер никогда не бросала. Она всегда была скупа и очень расчётлива. А жизнь в Нью-Йорке ох как не дешева, если не считать и не экономить.

Там, где надо, она умела показать свою безразмерную щедрость. Вот и подарок Миле тоже был из этой серии. Мила, в свою очередь, постоянно присылала какие-нибудь подарки Аде и по случаю, и без случая. А кроме того Лёва с Милой неоднократно принимали её у себя в Лос-Анджелесе, оплачивая ей перелёт. Гостя у них, Адочка находилась на полном их содержании. 

***

Но на своей персоне Адочка старалась не очень экономить. Любила удивить своих знакомых, подруг новыми красочными нарядами, покупая их в дешёвых магазинчиках и выдавая за эксклюзив. А после этого ещё и пройтись по дорогим бутикам и оценить стоимость оригинала. И потом сообщить между делом подругам, где и за сколько она эту вещицу приобрела. Вот и сегодня она решила поднять себе настроение, узнав, сколько она сэкономила, купив вчера у китайцев несколько якобы фирменных вещей. Сравнив с оригиналом, она увидела, что очень даже приличную сумму. "Это как нашла", ─ каждый раз говорила себе Адочка. Она уже собиралась покинуть район бутиков и пойти на радостях пообедать в каком-нибудь не очень дорогом ресторанчике, как вдруг повстречала своих подруг.

– Адочка, мы так рады тебя видеть, ─ уже довольно немолодые барышни расплылись в своих ботоксно-керамических улыбках.

– А я вот хожу, присматриваю что- нибудь интересненькое.

– Адочка, а я не поняла, ─ с удивлением обратилась к ней Маргарита, ─ а почему ты не носишь нашу сумочку? Это же настоящий Louis Vuitton! Вон в том бутике мы его купили. Дороговато, конечно, но на какие жертвы не пойдёшь ради любимой подруги. Ты же у нас вся такая фирменная.

Сумка действительно была куплена подругами вскладчину в магазине Louis Vuitton на 5-ой авеню. Авторитет Адочки был настолько высок, что они не могли позволить себе преподнести так обожаемой ими Адочке подделку.

Кровь ударила Аде в голову. Надо было срочно выкручиваться:

– Я сегодня так завертелась, что не успела переложить вещи в новую сумочку.

– Смотри, Адочка, следующий раз без этой сумочки нам на глаза не попадайся, ─ подруги засмеялись...─ К сожалению, мы уже опаздываем. До встречи… И не забудь про сумочку от Louis Vuitton.

***

Ада продолжала стоять на месте как жена Лота, превратившаяся в соляной столб, пытаясь переварить услышанное. От только что прекрасного настроения не осталось и следа.  Её прошибло холодным потом, и она явственно почувствовала, что нижнее белье вместе с колготками прилипло к телу.

Чёрт, неужели? Не может этого быть? Какой прокол!!! Я и подумать не могла, что эти старые перечницы раскошелятся на настоящего Louis Vuitton. Неужели это был оригинал? Дура! Дура! Дура! Взяла и передарила настоящего Louis Vuitton этой не разбирающейся в моде Миле.

А Мила действительно в моде не разбиралась. Сказать больше, она ею вообще не интересовалась. Платьица, туфельки, сумочки, украшения, духи ─ всё это Миле покупал Лёва на свой вкус. А вкус у Лёвы был простой: вещь должна быть удобной и долговечной.

Ада, через какое-то время, с трудом выйдя из ступора, побежала, как охотничья борзая, к находящемуся неподалёку бутику Louis Vuitton. Доскакав до витрины, она остановилась и стала внимательно рассматривать выставленные на ней образцы товара. Вскоре её цепкий взгляд уперся в искомую вещь. Ценник поверг её в шок. Мысли молниями проносились в Адочкином взбешённом мозгу:

 – Срочно… Звонить Миле… Вернуть… Что придумать?

                                                                                                                  ***

Ночную тишину номера люкс, в котором проживали Лёва и Мила, нарушил пронзительный телефонный звонок.  Мила спросонья долго не могла понять, что случилось.

– Ада, это ты? У нас два часа ночи.

– Мила, извини, я забыла, что у нас разница во времени, но это не важно, ведь ты всё равно уже не спишь.

– Так что случилось, Адочка? Затопило Бруклин или Манхеттен?

– Да нет, всё на месте. Но ты понимаешь, Милочка, я, старая дура, совершила ужасную ошибку.

– Случилось что-то страшное?

– Произошла досадная ошибка, я выслала тебе не тот подарок. Эту сумочку, что тебе передала моя соседка, я купила для своей племянницы из Молдовы, и она уже видела её по скайпу. А тебе предназначался другой подарок. Так ты сумочку верни обратно моей соседке, а я тебе вышлю тот подарок, который купила для тебя.

– Нет проблем, Адочка, ─ ответила Мила, все ещё плохо соображая со сна, что произошло, и совсем забыв, что вчера эту сумочку она передарила своей 50-летней племяннице из Торонто.

***

Сабина, племянница Милы, разбирала чемоданы после многодневного турне по Европе. Почти каждая из приобретённых там вещей напоминала о прошедшем безмятежном отдыхе. Она показывала обновки своей дочери и мужу, при этом не забывая одаривать их самих. Когда очередь дошла до сумочки, преподнесённой ей тётушкой Милой из Лос-Анджелеса, она с умилением вспомнила этот сказочный город Карловы Вары, в котором отдыхали её родственники. На следующий год надо, видимо, поехать туда с мужем, присоединиться к родственникам, тем более, что они уверяют, что местная вода там совершает чудеса исцеления, а у мужа уже давно проблемы с желудком. Увидев восхищённый взгляд дочери, которая не могла отвести его от сумочки на плече матери, Сабина, не задумываясь, протянула её дочке.

– Это тебе от моей тёти из Лос-Анджелеса. Я с ней и её мужем Левой встречалась в Карловых Варах. Чудесный город, вот в следующем год повезу туда папу лечить от всех болезней.

– Мама, да это сумочка от Louis Vuitton. Ты себе не представляешь, насколько это модная и дорогая вещь. Подруги завтра умрут от зависти, ─ она стала её внимательно рассматривать, ─ да, это не подделка, это оригинал. Офигеть.

Забыв про все остальные подарки, она схватила сумочку и стала кружиться с ней возле зеркала.

***

– Лёва, и что делать? Где я теперь возьму эту сумочку для Адочки?

– Милочка, я тебе сколько раз говорил, что Адочка – это совсем не та девушка, за которую ты её принимаешь. От неё у меня всегда начинает болеть голова, даже когда она от меня очень далеко.

– Я знаю, Лёва. Но она одинокий человек, вдова. Вспомни её мужа Наума, каким он был обаятельным, тактичным, душой любой компании.

– Помню, Милочка, помню. Но Адочка полная его противоположность. Ты видела, когда мы отдыхали в Нью-Йорке, как Ада там себя ведёт?

– Как?

– Как бандерша. Собрала вокруг себя одиноких женщин, нашего возраста, далеко не первой свежести и вертит ими как хочет.

– Лёвочка, ты преувеличиваешь.

– Если бы так, Милочка. Но у меня пока ещё, слава богу, есть глаза, и я все ещё ими вижу, пусть иногда и с помощью окуляров.

– Так что будем делать?

– Что будем делать, что будем делать? Теперь я должен ломать свою старую лысую голову из-за этого чёртого подарка, ─ Лёва задумался. ─ Дай мне время.

Лёва, ты же понимаешь, что у нас время ограничено. Галя через две недели улетает в Нью-Йорк к Аде, и мы должны за это время передать ей сумочку, которая сейчас уже находится в Торонто.

– Мила, а ты иногда меня удивляешь своей прозорливостью. ─ Лёва встал с кресла и направился к двери.

– Ты куда?

– Подожди, я сейчас спущусь вниз и всё узнаю….

Мила ни на секунду не сомневалась, что Лёва что-нибудь придумает, ведь за столько лет жизни она уже давно убедилась, что Лёва найдёт выход из любой ситуации.

Лёва вернулся через полчаса.

– Я всё узнал.

– И что ты мог узнать, Лёва? Как забрать сумочку из Торонто? ─ Мила иронически улыбнулась, глядя на мужа.

– Именно это, Милочка! Звони своей племяннице прямо сейчас. Вот телефон и адрес агентства в Торонто, из которого через неделю в нашу гостиницу летит группа канадских пенсионеров. С ними летит отдыхать женщина из этого агентства, Зоя, я с ней уже договорился. Твоей племяннице нужно только позвонить ей, договориться о встрече и передать сумочку, и через неделю сумочка будет в твоих, Милочка, ручках. Ты забыла, Милочка, что администратор нашей гостиницы ─ наша подруга… Она решила проблему за пять минут.

– Лёва, слава богу, я живу с тобой уже не один и даже не пять десятков лет и знаю прекрасно, что у тебя везде и всюду подруги и друзья, но что я скажу Сабине? Верни сумку, которую я тебе подарила. Как ты себе это представляешь?

– Милочка, поучись наглости у своей подруги из Нью-Йорка. Извинись, покайся, скажи, что ты перепутала, дала ей не ту сумку. А ту, которую дала ей, ты купила в Германии для своей внучки. И, к сожалению, внучка уже видела сумку по интернету в WhatsApp, и она очень ей понравилась. А для тебя, Сабина, у нас лежит другая сумочка, ещё лучше этой, и мы тебе её вышлем завтра. А ты взамен передай нам ту сумочку через Зою из турагентства. А сумочку для Сабины я пойду сейчас и куплю, ты не переживай. Уж поверь, она будет не хуже, чем сумочка от Адочки, покрепче и подолговечней, я гарантирую…

И действительно, Лёва спустился на туристский променад и купил Милиной племяннице дорогущую сумочку, которая была и больше и крепче сумочки от Адочки.

Сабина была в шоке после разговора с Милой, но ещё в большем шоке была её дочка. Отдать, вернуть то, чему обзавидовались все её подружки?!!! Отдать то, что уже по праву принадлежит ей?!!! Она устроила настоящий скандал матери, схватила сумочку от Louis Vuitton и громко хлопнула дверью, сказав при этом, что сегодня будет ночевать у подружки.

***

С подружкой она поделилась возникшей проблемой.

– Разве это проблема? ─ сказала та, выслушав внимательно рассказ. ─ Завтра мы её решим. Ты даже не сомневайся. У меня друг ─ китаец, у его отца огромная мастерская по ремонту и пошиву сумок. Они тебе там за день пять таких сумок "нарисуют", никто и не отличит. Завтра утром идём к нему. Только чур ─ одну сумку мне.  

Она тут же договорилась со своим дружком по телефону, вкратце обрисовав ситуацию.

Удивительно, но подружка оказалась абсолютно права. Друг не подвёл.

Сумочка очень заинтересовала отца друга, хозяина мастерской, так как он ещё не видел такой удачной новой модели. Сняв все размеры с сумочки, сфотографировав её со всех сторон, вывернув наизнанку, он сказал подружкам, что они могут прийти через два дня. В указанное время хозяин гордо вручил девушкам по экземпляру сумки от Louis Vuitton. Отличить их от оригинала девушки не смогли. Денег за работу хозяин не взял, сказав при этом, что он ещё остался должен за такую удачную модель.

В конце недели сумочка от Louis Vuitton улетела обратно в Карловы Вары. А оттуда через неделю в Нью-Йорк. Но это уже был не оригинал, а очень удачная подделка.

***

Когда Адочка получила из рук Гали свой драгоценный подарок, она была в восторге. Не могла налюбоваться и оторвать нежного, любящего взгляда от сумочки от Louis Vuitton.  Минут через пять она вспомнила, что напротив неё стоит Галя. Мазнув по ней недовольным, презрительным взглядом, она произнесла:

– А ты что, совсем ничего не соображаешь? Я дала тебе в руки настоящую сумочку от Louis Vuitton. Ты не видела, что я ошиблась, что приличные люди не делают таких дорогих подарков?

Галя просто опешила и на несколько секунд потеряла дар речи… Придя в себя, она произнесла:

– Ты мне дала упакованный пакет, откуда я могла знать, что там? И почему ты решила, что приличные люди роются в чужих пакетах? И почему они не делают таких дорогих подарков? ─ Галя повернулась и пошла к двери.

Но Адочка кинулась к ней, преградив дорогу:

– Галочка! Ты что, совсем? Шуток не понимаешь? Мы же подружки, ─ лицо Ады расплылось в широкой улыбке, ─ идём пить чай. У меня есть прекрасное абрикосовое варенье, родственники из Молдовы прислали…

Адочку последнюю неделю после того, как она показала свою сумочку почти всему Нью-Йорку, мучала одна мысль: зачем ей такая дорогая сумка, когда можно купить такую же в десять раз дешевле, пусть и не эксклюзив, а эту вернуть назад в магазин или попросить обменять её на другую. Наконец-то в её голове план дозрел…

Назавтра она поехала в тот район, где делала всегда свои основные покупки, которые помогали сэкономить ей целое состояние, если бы она вместо этого все время покупала эксклюзив.

 Обратившись к хозяину сумок Louis Vuitton, она попросила его найти такую же. Хозяин пристально посмотрел на сумочку в руках Адочки, потом взял её в руки, повертел…

– Неплохая работа, мадам. Но это делали не у нас, где-то в другом месте.

– Неплохая работа? Да это эксклюзив, купленный на 5-ой авеню, в фирменном бутике Louis Vuitton.

– Мадам, я вас разочарую, но уверяю вас, что это не эксклюзив.

Адочка вырвала сумочку из рук хозяина и от возмущения чуть не огрела его ею по голове, но на полпути вовремя спохватилась, громко фыркнула и пулей выскочила из магазина.

На 5-ой авеню, в бутике Louis Vuitton в ответ на её просьбу вернуть деньги за купленную у них сумку или обменять её на другую хотели вызвать полицию, обвинив её в мошенничестве. Ада чуть унесла оттуда ноги, вовремя сообразив, что дело может обернуться для неё серьёзными неприятностями.

***

Она рвала и метала. Не долго думая, она накинулась на свою соседку Галю, обвинив её в мошенничестве и подмене сумки. Галя на этот раз уже не выдержала и высказала своей "милой" соседке всё, что она о ней думает. С тех пор они больше даже не здороваются и в упор не видят друг друга.

Потом Ада стала подозревать Лёву: этот старый лис запросто мог сотворить такое. Милу она не подозревала, так как знала, что та ничего не понимает в моде. Она всё же не удержалась и при удобном случае обвинила Лёву в неблаговидном поступке. С тех пор Лёва и Мила прекратили всякое общение с Адочкой. Однажды ее опять "осенило": да это же мои "дешёвые" подружки обманули меня, заявив, что подарили эксклюзив. Она и на сей этот раз не смогла сдержать свой гневный порыв, заявив им, что такой мерзости не потерпит и знать их не желает...

Сумочку от Louis Vuitton Адочка все же не выкинула, а передарила своим новым друзьям из Майями. А одиноких состарившихся подружек, кружащихся вокруг неё меньше не стало, просто места одних заняли другие….

Радислав АСКОТСКИЙ

 Радислав Аскотский.