История непредвиденных награждений

К 120-летию со дня рождения выдающегося советского дирижёра Натана Рахлина

Эту историю мне довелось услышать очень давно ещё в мои школьные годы от непосредственного участника описываемых событий. Это был выдающийся советский дирижёр Народный артист СССР, профессор Натан Григорьевич Рахлин. Дядя Ноня, как называл я его в детстве, был большим другом нашей семьи и часто навещал нас, когда приезжал в Москву. С его появлением наша квартира всегда наполнялась праздничным настроением, частью которого были занимательные рассказы маэстро о об удивительных эпизодах из его жизни, рассуждения о музыке, а иногда, к моей большой радости, случались и домашние музицирования.

При этом дешёвая ширпотребовская деревяшка, в быту называемая гитарой, в руках дяди Нони издавала чарующие звуки, которые складывались в прелестные переложения известных оркестровых сочинений и даже в некоторые фрагменты из симфоний. Сейчас остаётся только сожалеть, что в то время ещё не существовали доступные бытовые звукозаписывающие устройства, а то весьма скудный гитарный репертуар дополнился бы множеством новых интересных произведений.

Располагая такой редкой возможностью, я почти никогда не пропускал концерты Натана Григорьевича в Москве. Они всегда проходили в переполненных залах, и я воочию наблюдал, каким глубоким почитанием любителей музыки пользуется маэстро. Весьма часто эти концерты транслировались по радио и телевидению. Знакомые люди утверждали, что в своё время эти трансляции любил слушать главный радиослушатель страны товарищ Сталин.

История, которую я собираюсь изложить, запомнилась мне своей парадоксальностью, присущей времени, когда она происходила. Речь пойдёт о событиях, связанных с подготовкой и проведением Второй декады украинской литературы и искусства в Москве в 1951 году. Декада обещала быть интересной, так как к этому времени в республике практически полностью был восстановлен самобытный культурный потенциал, серьёзно пострадавший в годы немецкой оккупации. В области музыкальной культуры в полную силу действовали хорошо известные и популярные в СССР творческие коллективы. Они практически уже достигли своего былого довоенного уровня. Это были Государственный народный хор Украины под руководством Григория Верёвки, Ансамбль песни и пляски Украины под руководством Павла Вирского, Государственная капелла бандуристов под руководством Александра Миньковского, Академический театр оперы и балета Украины с его ведущими солистами оперы Елизаветой Чавдар и Борисом Гмырей, а также Государственный симфонический оркестр Украины, долгие годы руководимый дирижёром Натаном Рахлиным.

Казалось, что при таком составе коллективов успех Декады должен быть обеспечен. Но организаторы этого мероприятия понимали, что необходимо ещё учесть общую обстановку в стране при её проведении и сделать соответствующие коррективы. В СССР продолжали происходить весьма драматические события и к началу 1951 года они только ещё усилились: массовое выявление «врагов народа», «иностранных шпионов и диверсантов», «предателей Родины». Полным ходом уже была развернута компания по борьбе с «безродными космополитами», а кому было ещё не понятно, кто к таковым относится, в центральных газетах и журналах массово появлялись карикатуры, поясняющие, как они выглядят. В этой ситуации у организаторов Декады обозначились серьёзные проблемы с симфоническим оркестром, а также с театром оперы и балета.

У ведущего солиста оперы Бориса Гмыри, без участия которого невозможно было представить лучшие спектакли театра, были серьёзные проблемы в биографии. С такими анкетными данными, как у него, по нормам того времени люди не то, что не могли жить в Киеве и работать в ведущем столичном театре республики, а должны были трудиться где-нибудь на лесоповале. Ещё более сложная ситуация складывалась в отношении Государственного симфонического оркестра Украины. Для того, чтобы понять всю глубину проблемы, лучше всего обратиться к популярному в своё время анекдоту.

Идёт репетиция симфонического оркестра Украины. Дирижёр обращается к одному из музыкантов:

– Третий кларнет Ничипоренко, сыграйте свою партию.

Тот играет. Дирижёр снова обращается к нему:

– А теперь сыграйте без ошибок.

Тот играет. Дирижёр снова просит его:

– Сыграйте ещё раз, увереннее.

Тот играет.

Затем дирижёр обращается к другому музыканту:

– Четвёртая труба Цимбалюк, сыграйте свою партию… Ещё раз, без ошибок…Ещё раз, увереннее.

Потом дирижёр обращается к третьему музыканту:

– Пятая валторна Михасёнок, сыграйте свою партию… Ещё раз, без ошибок... Ещё раз, увереннее….

– А затем, обращаясь сразу к Ничипоренко, Цимбалюку и Михасёнку, просит:

– А теперь вместе с жидами и раз….

На самом деле ситуация с Государственным симфоническим оркестром Украины представлялась ещё более проблемной, чем в анекдоте. Ведь художественным руководителем и главным дирижёром этого коллектива уже много лет был не представитель титульной или хотя бы какой-нибудь другой из числа братских народов страны национальности, а человек с «неблагозвучными» именем и фамилией Натан Рахлин, более всего характерной для  общности людей, о которых в то время говорили и писали, что они без рода и без племени  А как отнесутся к этому руководители страны в Москве, когда увидят, что сидящие в первом ряду на сцене представители струнных групп своим внешним видом обнаруживают большое сходство с карикатурами, появляющимися каждый день на страницах центральной печати? Данные обстоятельства никак нельзя было игнорировать.

Рассматривая возникшие проблемы, организаторы Декады между собой рассуждали примерно так:

– Что касается Бориса Гмыри, то он хоть и «сукин сын», но свой, украинец. Причём такой талант, какой давно не появлялся на украинской земле. Из-за него не так уж будет обидно навлечь на себя гнев товарища Сталина. Но, что касается этих, составляющих сейчас подавляющее большинство в симфоническом оркестре, а также их дирижёра, то тут уже другое дело… Их предков гнобили ещё запорожские казаки и вырезали сотнями тысяч хлопцы гетмана Богдана Хмельницкого, очень почитаемой в СССР личности. Не так давно их так же массово уничтожали немцы. И что же получилось в итоге? Несмотря на это, они на время где-то затаились, а потом откуда-то повылезали из нор, чтобы доминировать над представителями титульной нации, занимая должности в национальном оркестре республики, на которые по праву должны претендовать представители коренного народа.  Разве это правильно и справедливо? Нас, конечно, могут обвинить в провале подготовки национальных кадров. Но как можно это было сделать за такой короткий срок после войны? Ведь те, которые сейчас составляют большинство в этом коллективе, серьёзные музыканты в поколениях. Поэтому вот уже пятнадцать лет, не считая годов войны, мы вынуждены терпеть, что оркестр возглавляет Натан Рахлин.

После долгих раздумий, организаторы Декады, наконец, нашли выход из положения. Государственный симфонический оркестр Украины всё же поедет В Москву в существующем составе во главе с дирижёром Натаном Рахлиным, но будет выступать в оркестровой яме Большого театра СССР в перерыве между сменой декораций.

В завершении подготовки сценария Декады было также подробно расписано, к каким наградам могут быть представлены её участники. Бориса Гмырю и Натана Рахлина заранее предупредили, что они не должны претендовать ни на какие поощрения, даже на Почётную грамоту участников Декады, чтобы своими фамилиями лишний раз не «мозолить глаза» товарищу Сталину.

В завершающий день Декады, к ужасу его организаторов, в Большом театре что-то пошло не так. Случилась серьёзная техническая заминка, в концерте возникла длительная пауза, и чтобы ещё больше её не затягивать пришлось срочно выпустить Государственный симфонический оркестр Украины прямо на сцену. Воодушевлённые такой неожиданной перспективой музыканты играли с большим подъёмом. Их дирижёр, как обычно, был на высоте. После этого выступления в зале долго не стихал шквал продолжительных аплодисментов.

Вечером того же дня в Кремле состоялось подведение итогов Декады. Её организаторы шли в кабинет Сталина как на заклание. Когда в их докладе дошла очередь до раздела «Награждение орденами Ленина», Сталин спросил:

– Миньковскому дали?

– Дали.

– Верёвке дали?

– Дали.

– Гмыре дали?

– Нет, не дали. Во время войны он остался в оккупированном Киеве и пел для немцев. Они даже возили его в Германию для выступлений в Берлинской опере.

– Возили в Германию? Чему тут удивляться? Хороший певец, каких мало в мире. А почётное звание у него есть?

– Да, он «Заслуженный артист Украины». Звание присвоено ещё до войны.

– Тогда дадим ему «Народного артиста СССР».

Затем Сталин продолжал:

– Чавдар дали?

– Дали.

– Рахлину дали?

Здесь докладчик немного замялся, но, быстро взяв себя в руки, уже уверенным голосом произнёс:

– Дали…

На том история этих непредвиденных наград ещё не закончилась. В начале 1952 года в то время, когда уже полным ходом шла подготовка показательного суда по «Делу Еврейского антифашисткого комитета» и в стране заметно усилилась компания по борьбе с космополитизмом, Натану Рахлину и Борису Гмыре была присуждена Сталинская премия. Это были последние премии, присуждаемые лично Сталиным.

Забегая вперёд, можно заметить, что, несмотря на все не прекращающиеся происки партийных функционеров, которые курировали культуру в республике, Натан Рахлин после Декады ещё 11 лет руководил Государственным симфоническим оркестром Украины. В 1962 году он неожиданно был уволен со всех занимаемых им должностей как в оркестре, так и в Киевской консерватории. На его место по распределению после окончания Львовской консерватории был назначен никому не известный подающий надежды молодой дирижёр Степан Турчак, который до этого стажировался у Рахлина.

После окончания Декады её организаторы, наконец, облегчённо вздохнули. Кажущаяся неминуемой гроза для них сверхъестественным образом прошла стороной. Даже более того, за успешную подготовку и проведение Декады они тоже удостоены орденов и медалей. И есть основание полагать, что эти награждения также были непредвиденными.

                                                         Геннадий Гордон

Об авторе: Геннадий Ильич Гордон, 22 года успешно работал в науке и был одним из первопроходцев в области исследования и использования оптического волокна в технике связи. В 90-е годы прошлого столетия перешёл на работу в коммерческие структуры, где также успешно проработал в крупных телекоммуникационных компаниях России в качестве топ-менеджера. Последним местом работы была компания "Вымпелком" (сеть мобильной  связи БиЛайн), куда был приглашен работать её создателем Дмитрием Борисовичем Зиминым, являвшемся очень неординарной личностью, который раньше очень успешно работал в области науки.

Живёт в Москве. Публикуется в "Мишпохе" впервые.