Майя Марковна Алескер – была младшей из многочисленного, богатого на детей, семейства Алескеров и Козлянских. Она родилась в 1941 году в Витебске.

«Год страшный для всех, но зато день моего рождения – 9 Мая. Правда, тогда ещё никто не знал, что этот день станет особенным для мира».

Алескеры и Козлянские – витебляне во многих поколениях.

Мама Майи Марковны – Рахиль Хаимовна Козлянская родилась в Витебске в 1909 году, здесь же окончила Еврейский педагогический техникум. Судя по датам, это был последний выпуск техникума, перед самым его закрытием. Потом работала в отделе земельного хозяйства, и перед самой войной, непродолжительное время, в Октябрьском райкоме партии Витебска.

По семейным преданиям родословную семьи Фарбер можно проследить в четырёх поколениях. Старейший из рода, о ком сохранилась в семье память, Шолом (Соломон) Фарбер большую часть своей жизни прожил в XIX веке. Жизнь он прожил немаленькую – больше 90 лет. Годы жизни без привлечения регистрационных документов выяснить не удаётся.

Известно только, что его внучку, дочь одного из сыновей, Фаню Давыдовну Фарбер в 1920 году привели в его дом и показывали деду. Сохранились сведения о том, что Соломон Фарбер первым в своём роду носил эту фамилию. Два его брата, которые занимались ремеслом, имели другую фамилию. А фамилия Фарбер появилась в связи с тем занятием, которое давало заработок Соломону и средство к существованию его большой семье. «Фарбер» происходит от «farben», что в переводе с идиш означает «красить». Соломон занимался традиционным ремеслом набивки, украшая крестьянское домотканое полотно.

Я, Годзданкер Соломон Борисович, родился в г. Орше в 1936 г. Отец у меня был парикмахером, мать – домохозяйка. Была у меня ещё старшая сестра Галина (г.р. 1933). Мне было почти 5 лет, когда началась Великая Отечественная война.

До сих пор я удивляюсь, как отец, малограмотный (2–3 класса школы), провинциальный еврей, решился бросить всё (дом, какое-никакое имущество) и податься с семьей в эвакуацию. Ведь многие евреи остались. Судьба их, как известно, оказалась трагической (почти все они погибли в пожарищах Холокоста).

Как потом оказалось, мы уехали из Орши чуть ли не последним эшелоном. До места назначения добирались долго – месяц или два (что может помнить пятилетний мальчишка через 80 лет, а спросить уже не у кого). В пути нас часто бомбили, и мы бегали прятаться в придорожные посевы; часто подолгу простаивали, пропуская на фронт воинские эшелоны. Все это уже неоднократно описывалось другими авторами (и в журнале «Мишпоха» тоже), так что подробно останавливаться мы на этом не будем.

Я, Файнберг Владимир Соломонович. У меня появилось желание рассказать о том, как мы дети войны прожили свою жизнь до Великой Отечественной войны, во время войны и после войны. Кто, кроме нас оставшихся в живых до сих пор, может это сделать?